Автор Тема: Масуми Хаяши - страховой агент из ада?..  (Прочитано 11052 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Сложно найти много сведений о биографии Масуми Хаяши. Это замкнутая, скрытная женщина.

 Известно, что она родилась 22 июля 1961 года в префектуре Вакаяма (Япония). Ее отец был простым рыбаком, а мать – страховым агентом. Известно также, что после окончания школы Масуми получила образование, необходимое для медсестры, в префектуре Осака. Несмотря на это, она не стала принимать участие в национальном экзамене, после  прохождения которого получают статус зарегистрированной медсестры и возможность работать в этом качестве.
Еще в период учёбы в месестринской школе Масуми познакомилась и начала встречаться с мужчиной гораздо старше нее, который уже был разведён.
 Его звали Кенжи Хаяши. У него был свой небольшой бизнес по уничтожению термитов. После завершения Масуми учебы, в 1983 году, пара поженилась. С течением времени у них появляется четверо детей – три девочки и мальчик.
[ Гостям не разрешен просмотр вложений ]
Масуми Хаяши

[ Гостям не разрешен просмотр вложений ]
Масуми Хаяши и Кенжи Хаяши


В 1990 году Масуми начинает, подобно своей матери, работать агентом по продаже страховок. Изначально она была на хорошем счету и даже несколько раз получала крупные поощрения от компании за большие продажи.

Часто Масуми оформляла контракты на страхование для многочисленных друзей Кенжи – картежников. Однако многие из людей, кому Масуми предоставляла услуги, впоследствии либо расторгали контракты, либо, наоборот, запрашивали компенсацию, и компания со временем начала сомневаться в добросовестности Масуми. Скорее всего, по этой причине она в конце концов покидает страховую компанию в 1995 году.

Таким образом, и Масуми, и ее муж оказываются официально безработными,  поскольку Кенжи закрыл свой бизнес по очистке от термитов еще в 1992 году.

Несмотря на это, в середине 90х пара переезжает в новый большой дом в район Сонобе, г. Вакаяма, префектура Вакаяма.
Найдутся ли слова, способные здесь описать всю прелесть и привлекательность этого города?
 
Он расположен на полуострове Кии, вдоль пролива Кии, который соединяет Тихий океан и Внутреннее Японское море.

Столица префектуры и ее крупнейший город, Вакаяма являет собой поистине жемчужину, сокровище востока – здесь мягкий климат, сотни уединенных, безлюдных храмов, множество гор, парков и других зелёных островков, река, чистейший пляж с морем и пальмами, напоминающий по виду, скорее, Майами, традиционные японские бани на основе горячих источников – онсены, и самая вкусная лапша-рамен в Японии..

Если говорить о районе Вакаямы, куда переехала семья Хаяши, это место в течении столетий было маленькой крестьянской деревушкой посреди рисовых полей. Но в середине 1980х деревня стала развиваться, поскольку крестьяне продали часть своих земель строительным компаниям, и те возвели множество новых, просторных домов. Такие дома пользовались спросом у тех, кто ежедневно ездил на работу в город, и при этом хотел оставаться поближе к природе. В этом небольшом районе Вакаямы всегда стояло безмятежное спокойствие, и погожим летним днём лишь редкий лай собаки да стрекотание кузнечиков нарушали умиротворенную тишину. Но деревенская идиллия закончилась, когда сюда переехала семья Хаяши.

На первый взгляд, обычная, высокая женщина в элегантных одеждах, Масуми тем и выделялась в местном обществе, что не прилагала никаких усилий, чтобы в него влиться, так же как и ее муж. Их семья держалась уединённо, изолированно, и даже своим детям они не позволяли играть на улице с соседскими детьми.

Вместо того, чтобы налаживать контакты с соседями, семья Хаяши общалась только с друзьями не из Сонобе, которые часто приезжали и гостили у них,  в то время как почти никто из местных людей не имел чести посетить дом семьи Хаяши. Масуми и Кенжи развлекали гостей партиями в маджонг, и по слухам, за такими посиделками порой проигрывались большие суммы.

Масуми держалась по отношению к соседям и остальным женщинам деревни недружелюбно и замкнуто, а Кенжи прослыл человеком нетерпеливого нрава. Неудивительно, что и местное общество не пылало тёплыми чувствами к странной семье, к тому же Масуми не раз заставали за выбросом мусора в местную реку, и она без конца раздраженно сигналила всем машинам, вставшим у нее на пути, когда была за рулём своего BMW.

Семья выглядела богатой : у них был самый большой в округе дом с благоустроенным ландшафтным садом, роскошная машина, и в общем- то, экстравагантный для того времени и места образ жизни. Их траты на жизнь и поддержание дома и сада составляли от 850 тысяч $ до 1.7 миллионов $ в год.
При этом их успех и источник дохода было сложно объяснить : оба были безработными, если Масуми и помогала по старой профессии некоторым знакомым оформлять страхование, все равно это не могло принести так много денег. К тому же, и Масуми и Кенжи с трудом ходили из-за травм после неопределенных аварий.

Таким образом, эта семья уже своим появлением и образом жизни всколыхнула местное общество и представляла для соседей загадку.

[ Гостям не разрешен просмотр вложений ]
Виды Вакаямы

[ Гостям не разрешен просмотр вложений ]
Дом семьи Хаяши


Так всё и шло до 1998 года, когда пришло время организовать ежегодный летний фестиваль “мацури”

Вообще, мацури в Японии называется любой праздник, фестиваль. В широком смысле мацури означает любое подношение богам, молитву.

Есть множество локальных мацури, в каждой префектуре, городе, деревне; нет никакой единой таблицы дат проведения, хотя они и организуются близко к датам общих государственных праздников. Как правило, это действо спонсируется местным храмом, и все члены сообщества привносят свою лепту в процесс подготовки и проведения фестиваля.
Один из таких праздников имеет место в большинстве городов и деревень Японии в середине-конце лета, или начала осени, в честь урожая риса.
Как правило, фестиваль включает в себя несколько регламентированных частей.
Перед самим событием участвующие постятся, омываются, праздник начинается процессией, которая несёт священный паланкин- алтарь со статуей местного божества, это символизирует посещение местным богом своих преданных, его благословение. Божеству подносятся еда, одежда, украшения и т.д, священники читают молитвы, исполняются ритуальные танцы.
После торжественно- мрачных ритуалов с процессией, молитвами и подношениями, наступает второй этап праздника – это, наоборот, бесшабашное веселье,  включающее пьяное, грубое поведение. Для западного человека такое сочетание крайней священности и тут же следующего за ней вульгарного кутежа может показаться неприемлемым и непочтительным. Однако некоторые исследователи видят в этом некий религиозный смысл, находя здесь мистические переходы от одного экзистенциального состояния к другому, да и  бесконечная смесь совершенно разных настроений и состояний – основная черта синтоизма, способная кратко изложить суть отношений между человеком и  окружающим его миром в древней синтоисткой религии Японии.

Итак, после торжественно-священной части начинаются развлечения : на каждом мацури можно увидеть лотки с местными сувенирами, едой и напитками, разного рода развлечения и игры – караоке, ловля золотых рыбок сачками, соревнования по сумо и стрельбе, прогулки и гонки на лодках, если мацури происходит рядом с водоемом, танцы, театрализованные представления и т.п. Свет, музыка, разноцветные, яркие краски, ароматы готовящейся еды – такие праздники очень насыщенны и представляют прекрасный шанс погрузиться в японскую культуру.

Таким образом, мацури является очень важным событием в жизни каждого японского сообщества – он собирает вместе людей, и позволяет каждой семье от мала до велика насладиться едой, танцами, песнями и играми, люди со всей округи стекаются в место проведения мацури.

Итак, в местности, описываемой нами, тоже настал черёд устраивать очередной летний мацури.
Руководство процессом лежало в руках энергичного 64-летнего председателя комитета фестиваля – Такатоши Танинаки.
Ему помогали не менее увлечённый этим делом заместитель председателя комитета - 53-летний Такааки Танака и другие опытные члены организационного комитета, а на плечи местного женского сообщества легла задача приготовить угощение для всех гостей праздника. Для готовки один из местных жителей предоставил свой гараж, находящийся недалеко от места проведения. Масуми Хаяши, несмотря на свою закрытость и отчужденность, тоже вызвалась  принять в готовке еды участие.

Организаторы начали подготовления заранее: всем местным жителям были разосланы приглашения с бесплатными купонами на еду и выпивку, а также информацией о месте и времени проведения фестиваля, и даже с картой, где были обозначены все прилавки и киоски.

 В соответствии с тем, какие блюда были популярны на предыдущих мацури, было выбрано меню для предстоящего праздника – якитори (маленькие шашлычки), тонкатцу (свиные котлеты в сухарях),  суп по типу хого с мясом, рыбой и соевым творогом, такояки  - любимые детьми и взрослыми шарики из теста и кусочков осьминога, и главное блюдо фестиваля – японское карри – густой коричневый острый соус на основе карри и других специй с кусочками овощей и мяса, подающийся с отварным рисом. Хотя карри и изначально происходит из Индии, но оно пришло в Японию через Великобританию, и поэтому считалось там исключительно европейским блюдом, но со временем приобрело в стране восходящего солнца такую популярность, что стало чуть ли не национальным блюдом.

Все люди из окрестностей с нетерпением собирались встретить  долгожданное, весёлое событие.

Организационный комитет был доволен подготовкой к празднику, и вот, когда всё было украшено и расставлено по своим местам, в субботу 25го июля 1998 года мацури начался.

Все блюда удались тогда на славу и пользовались спросом, но больше всего было популярно обжигающе-острое карри. Его разливали прямо из огромных котлов, и люди не только ели его во время фестиваля, но и многие уносили с собой в контейнерах, чтобы насладиться карри дома в кругу семьи.
Играла музыка, люди пели в караоке, лакомились любимыми блюдами, играли, все были счастливы – мацури проходит так хорошо!

Но вскоре веселье и наслаждения прекратились : многие люди почувствовали себя очень плохо.

Вот и Танинака, председатель организационного комитета, был обнаружен его женой у них дома вцепившимся руками в область сердца – местный доктор констатировал пищевое отравление. И он был, к сожалению, не единственным: другие люди, посетившие фестиваль, почувствовали схожие боли, рвоту, многим стало настолько плохо, что их госпитализировали.
У некоторых лица раздулись, словно воздушные шарики.

 Паника и ужас охватили гостей мацури, а машины скорой помощи сновали туда-обратно от места проведения праздника до больницы.

На следующее утро, 26го июля 1998 года, подведен горький итог любимого всеми фестиваля : 63 человека госпитализированы, а четверо несчастных скончались (председатель комитета, его верный заместитель, и двое детей – девочка 16 лет и мальчик 10 лет).

Страшная новость долетела до самых дальних уголков Японии, город заполонили репортёры и газетчики, и в прессе это ужасное происшествие получило имя Вакаямского отравления карри. Под давлением прессы и местного сообщества за расследование инцидента берётся полиция. В первую очередь они отправляются в больницу, где находятся пострадавшие дабы выяснить, что именно вызвало массовое отравление.

Врачи определили цианид в качестве агента, спровоцировавшего отравление, но неделей позже они информировали полицию о том, что в результате более детального анализа, обнаружили мышьяк. Кто-то щедро насыпал его в карри – было использовано не менее одного килограмма мышьяка в порошкообразной форме. Такое объяснение событий повергло в шок не только жителей Сонобе, но и всей страны.
Теперь Вакаямские отравления рассматриваются полицией как умышленное массовое убийство.

В прежде тихое, спокойное место хлынули потоки полицейских и  журналистов. Поначалу расследование двигалось медленно, что вызывало критику местных жителей и прессы.



« Последнее редактирование: 06 Июнь 2020, 15:28:44 от Сестрица »




Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Полицейские вскоре обнаружили двух мужчин, которые были завсегдатаями в доме Масуми и Кенжи и часто попадали в больницу после трапезы у этой семьи.

 Когда же врачи обследовали этих мужчин, то обнаружили у них в волосах следы мышьяка. Также выяснилось, что один из них был застрахован Масуми, и ей удалось получить крупные выплаты, когда он заболел. Оказалось, что адрес Масуми был вписан в страховой контракт и другого потерпевшего, который также лечился от отравления мышьяком.

Чем глубже полицейские погружались в исследование жизни Масуми Хаяши, тем больше мошенничеств со страховками они находили. – Однажды она обожглась горячим маслом во время приготовления спагетти у себя дома, а страховой компании Масуми сказала, что с ней случилась авария, и во время прогулки на велосипеде она упала прямо в горящий костёр. И это был не единичный случай, пара часто предъявляла страховым компаниям раны неясного происхождения, и получала выплаты.

Постепенно перед следователями раскрывается хитрая, коварная натура Масуми Хаяши и множество ее мошеннических схем со страховками. Однажды она даже подсыпала мышьяк своему мужу, чтобы потом получить выплаты по страховке. Кроме мужа она проделала то же еще с по крайней мере двумя людьми. Оказалось, что в период с 1983 по 1998 она получила около 6 миллионов $ в результате этих и других подобных мошенничеств.

Поэтому у полиции формируется мнение, что вероятно, Масуми Хаяши могла быть причастна к отравлению карри на фестивале, ведь некоторые из присутствующих оформляли страховку с ее помощью.

Теперь уже толпы полицейских и журналистов  концентрируются у дома семьи Хаяши.
Вот как вспоминает об этом сегодня муж Масуми, Кенжи Хаяши: “ Некоторые из них пытались украсть письма из нашего почтового ящика, другие карабкались к нам на крышу, чтобы при помощи огромных линз сфотографировать, как выглядит комната нашей дочери изнутри. Это было сумасшедшее время…”

Масуми в один из таких безумных дней, ухмыляясь, облила надоедливых репортёров из шланга для поливки  сада – одно из ее действий, настроивших и публику, и полицию, и прессу еще больше против нее.

При обыске в доме семьи Хаяши обнаруживают мышьяк, который, предположительно, использовался Кенжи для уничтожения термитов в его бизнесе. И этот мышьяк идеально совпадает со следами вещества, найденного на стаканчиках из мусорной корзины с фестиваля мацури.
Кроме того, и в волосах Масуми находят следы мышьяка.

Находятся и свидетели-очевидцы с фестиваля, утверждающие, что она следила за горшками, в которых готовилось карри и крутилась возле них, и даже те, кто говорят, что Масуми приглядывала за карри в одиночестве примерно в течении 40 минут с 12.20 до 13 часов.

Давление на полицию все растёт, и в конце концов, ранним октябрем 1998 года детективы арестовали Масуми и Кенжи Хаяши, предъявив им обвинения в мошенничествах со страховыми выплатами. Они также объявляют о том, что ответственность за четырёх убитых на фестивале, лежит на Масуми.

Суд находит, что пара виновна в многочисленных мошенничествах, четыре из которых известны, но подразумевается, что преступления их на этой почве не исчерпывались этими четырьмя случаями. Кенжи Хаяши отправляют в тюрьму на 6 лет за участие в мошенничествах.

Надо сказать, что случай Масуми Хаяши породил в Японии волну критики по отношению к существующей на тот момент системе страхования. Стали обнаружены такие пробелы в системе, как отсутвие серьёзных проверок со стороны компании, что на самом деле послужило причиной болезни/ранения, и относительно лёгкий процесс получения выплат.

Однако, ясное дело, вовсе не махинации со страховками интересовали публику больше всего. И в мае 1999го начинается процесс по делу о Вакаямском отравлении карри.

И расследование преступления, и сам судебный процесс над Масуми Хаяши были причудливыми, запутанными, - отчасти от того, что всё основывалось лишь на косвенных уликах. Масуми воспользовалась своим правом на молчание, и за все время допросов и судебных слушаний не проронила ни слова.

По словам ее мужа, однажды во время допросов, когда в очередной раз из Масуми пытались выбить признание,она ударила полицейского, что снова сработало только против нее. В стране, где от женщины ожидается, что она будет вести себя покорно перед мужчинами, такое поведение считается неприличным, бесстыдным. Этим она только раззадорила ярость властей, не оставляя никакого шанса на какое бы то ни было сочувствие к себе. Как знать, веди она себя по меркам Японии скромнее и покорнее,  возможно, ее участь была бы немного другой.

 Сторона обвинения рассказала суду о том, что мышьяк, найденный дома у Хаяши, идеально совпадал с использованным в карри, были приглашены свидетели, видевшие Масуми у котлов с блюдом в день фестиваля. Также обвинители напомнили присутствующим о ее длинной истории страховых мошенничеств. В свою очередь, защита оспаривала эти факты, аргументируя, что мышьяк широко применялся по всей Японии, и бренд, найденный в карри, свободно продавался во всех магазинах. Кто угодно мог его приобрести и подсыпать в карри, ведь, помимо Масуми, многие другие принимали участие в процессе приготовления еды. И хотя адвокаты признавали, что женщина была вовлечена в нелегальные махинации с выплатами по страховкам, это не значило автоматически, что она вдруг решила бы отравить невинных гостей фестиваля. А мышьяк, обнаруженный в ее волосах, был подсыпан кем-то другим и мог попасть на волосы через паровые выделения от карри, перенесённые дуновениями ветра.

Адвокаты Масуми указывали на то, что все улики, направленные против нее, только косвенные. Само ее присутствие на празднике ничего не доказывает, поскольку там были тысячи других людей. И главное – у нее не было мотива для совершения преступления.
Но сторона обвинения утверждала, что, поскольку Масуми недолюбливали местные, и, особенно, женщины, и она была исключена из общества, у нее развилась ответная ненависть к ним, и росло желание улучить момент, чтобы им отомстить.

Вся страна напряжённо следила за судебными слушаниями, которые продолжались 3 года. Наконец, Суд Вакаямы признал Масуми Хаяши виновной в отравлении карри и убийстве 4х человек, а также в попытках убийства. Ей назначают высшую меру наказания – смертную казнь.

Это был первый случай, когда человека признавали виновным в убийствах и приговаривали к такому наказанию, основываясь лишь на косвенных доказательствах. В обществе Японии впервые с момента создания системы правосудия начались дебаты по поводу уместности такого наказания при отсутствии материальных улик.

Масуми же через своих адвокатов утверждала о том, что невиновна, и продолжала подавать апелляции – сначала в суд Осаки, затем в Верховный суд Японии. Однако каждый суд, несмотря на утверждения адвокатов о том, что множество людей готовили карри, нет прямых улик, нет мотива, поддержал ранее принятое решение, и оставался непреклонен: только у нее была возможность подсыпать яд в карри.

В 2012 году у адвокатов Масуми появилась надежда: они заручились поддержкой профессора из университета Киото. По мнению профессора, радиационная установка Spring – 8, которая в 1998 году была передовой технологией, и на основе анализа которой заключили, что следы мышьяка с места преступления идентичны мышьяку из дома Хаяши, имела бессистемную, “кривую" методологию, и потому правдоподобность того тестирования под вопросом.

Вооружившись этим новым знанием, адвокаты подали коллективную петицию, запрашивая повторное слушание дела.

Однако в 2017 году районный суд Вакаямы отклонил апелляцию: несмотря на то что “показательная сила первичного тестирования понизилась" после открытия профессора, это все еще не приводит к “ обоснованным сомнениям в обвинительном приговоре". Теперь адвокаты подали апелляцию на повторное слушание дела в Высший суд Осаки.

В мае 2000 года Масуми Хаяши попала в больницу из-за металлических  гвоздей, которых она наглоталась в результате, предположительно, нервного срыва.

По сей день она находится в тюрьме в ожидании своей судьбы.

В Японии действует смертная казнь, и большинство людей считают ее наличие неизбежным. Кто-то утверждает, что это помогает снизить количество преступлений. Однако о смертных казнях  в стране не пишут в прессе, заключённым сообщают о том, что приговор будет приведён к исполнению лишь за пару часов до казни, иногда и того меньше. А их родным – только по выполнению приговора.

С 2000 года в Японии было казнено более 90 заключенных. С 1950го года среди всех казненных было 5 женщин.

Сами критерии, чей приговор привести в исполнение, довольно расплывчаты, и порой складывается впечатление, что зависят от личных взглядов министра юстиции, занимающего в каждый период времени свой пост. Некоторые министры публикуют список казненных ежегодно, а некоторые – против любой публичной информации на эту тему.

Согласно коду судебного производства в Японии, смертный приговор должен быть приведён в действие не более, чем через 6 месяцев после вынесения. Что не соответствует действительности, так как множество заключённых,подобно Масуми Хаяши, ожидают исполнения приговора годами и десятилетиями.

Как написал убийца,  приговоренный к смертной казни, Мунехиро Нишигучи, «Я осознал, что настоящее наказание, или агония,  от смертного приговора, заключается в том страхе, в котором живёшь, пока не наступит тот самый день…»

Палачами являются сами же охранники. Фактически, любой может быть назначен на исполнение смертной казни заключённого, иногда это сам же тюремный охранник, охранявший долгие годы преступника и , если не ставший с ним “друзьями" (насколько здесь можно говорить о такого рода отношениях), то, по крайней мере, давними знакомыми.
Самих охранников тоже не предупреждают о том, когда именно им предстоит выполнить очередную экзекуцию. Для них нет никакой службы поддержки, или психологического консультирования, которые помогли бы им пережить произошедшее, они, как бы «проглатывая» свои эмоции, остаются наедине с психологическими травмами, возникающими в итоге. За каждую смертную казнь охраннику выдаётся надбавка в 180 $ - символическая цена жизни заключённого.

Наказание приводится в исполнение путём повешения. Заключённые, обычно серийные убийцы, с завязанными глазами, связанными ногами, и наручниками на руках, сопровождаются процессией охранников, к месту экзекуции, охранники прикрепляют верёвку.

Для того, чтобы избавить каждого охранника от чувства личной ответственности за казнь, несколько охранников жмут одновременно на идентичные кнопки. Только одна из них отвечает за работу механизма, открывающего скрытый люк под ногами заключенного, и никто из них не знает, какая именно.

В определённый момент открывается люк, и заключённый падает вниз, верёвка натягивается. Затем все ожидают прихода доктора, готового констатировать смерть.

Сам зал для экзекуций выглядит даже в каком то смысле роскошно - искусно освещенный, просторный, с  отполированными полами из кипариса, толстым фиолетово - красным ковром наподобие тех, что можно встретить в хороших отелях, и звуками успокаивающих Буддийских сутр... Тем более контрастен с ним тот "мир смерти", куда попадает заключённый, сваливаясь в открытый люк -это темное маленькое бетонное помещение со стоком посредине.
« Последнее редактирование: 06 Июнь 2020, 14:37:37 от Сестрица »


Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Интересным в данном деле является и то, что Масуми Хаяши дважды подавала в суд на издательство газеты “Асахи".

В первом случае за публикацию ее фотографии из зала суда, тайно снятую корреспондентом таблоида – вопреки закону о запрете на съёмку подозреваемых в суде. Во второй раз то же издание выпустило рисунок Масуми во время суда, с верёвкой вокруг ее талии,  и скованными наручниками руками (хотя разрешалось делать наброски в суде, но обычно художники изображали подозреваемых без наручников и веревок). И оба дела издательство проиграло.

И это не единственный аспект, связанный с медиа и прессой, открывшийся обществу после дела Вакаямских отравлений. Из-за того, что репортёры буквально день и ночь осаждали дом семьи Хаяши и весь район, встал вопрос о праве соседей Хаяши и местных жителей на неприкосновенность частной жизни. Люди пострадали, и испытали на себе негативные эффекты от постоянного преследования журналистов и фотографов.

По всему миру людей привлекают истории о психопатах и убийцах, и некоторые даже стремятся посетить дом, где жил преступник, сцену преступления… Но только, пожалуй, в Японии это принимает такие масштабы хорошо организованного бизнеса.
К дому семьи Хаяши туристы прибывали целыми автобусами, специально забронированными туристической компанией. “Они заезжают прямо в деревню, - рассказывал в 2000 году Кагава, владелец ресторанчика с блинами, расположенного  через дорогу от места, где в прошлом произошло Вакаямское отравление. – Пожилые дамы группами по 50, 60, прогуливаются в лучших своих одеждах, так, будто посещают известный храм".

Сначала туристы проходят к пустырю,  где происходил праздник, им показывают место, где стояли котлы с карри. Затем их проводят ниже по дороге, и они глазеют на запущенный, весь в полицейских лентах, дом Хаяши. Повсюду стоят написанные от руки таблички от лица местных жителей, просящие визитеров убираться и дать людям право на частную жизнь. Но кто же их послушается…

В конце концов, были подняты и вопросы, связанные с помощью пострадавшим. Все семьи, члены которых так или иначе пострадали от отравления, подали коллективный иск в суд, и выиграли денежную компенсацию. Однако, даже если вся собственность Масуми будет продана, то вырученные деньги сначала пойдут на уплату ее налогов. Она никогда не платила налоги, и по закону, любые отчисления прежде каких бы то ни было компенсаций должны поступить в казну государства. Таким образом, дело Масуми Хаяши обнажило и такую проблему Японии, как слабая система поддержки жертв преступлений.

Но и это еще не всё. Некоторые начинают задумываться в связи с историей Масуми о стигматизации родных преступников в японском обществе. Ведь на них обычно и обрушивается вся ненависть и агрессия со стороны людей. В Японии родные преступников подвергаются разного рода дискриминации, враждебности со стороны общества, и вынуждены скрываться, жить под другим именем.
Когда Кенжи и Масуми арестовали, соседские подростки выместили злобу на их доме – до сих пор его покрывают граффити с пожеланиями смерти и проклятиями,  он стоит заброшенный, покрытый дикими лианами. Однажды кто-то даже поджёг его.

Тем более храбрым показался шаг сына Масуми Хаяши, давшего недавно интервью «Japan Times", в котором он рассказал о своей нелёгкой участи.

Через 20 лет молчания сначала он начал постить в твиттере о том, что его мать настаивает на своей невиновности, а впоследствии даже выпустил автобиографию, повествующую о его «жизни в изгнании". Это совершенно необычно для Японии, где вина одного переносится на всех членов семьи, и абсолютно отсутствует культура защиты семьёй родственника-преступника, - скорее люди предпочтут изолированную, анонимную жизнь, чтобы избежать общественного порицания и преследования.

Сын Масуми выступает под псевдонимом Коджи Хаяши и просит не фотографировать его во время интервью. Он рассказывает, что не то чтобы считает, что его мать стала жертвой неправильного судебного решения, но все же оставляет шанс на это.

 Оглядываясь назад на день, когда случилась трагедия, Коджи говорит об одной сцене, вьевшейся в память, из-за которой ему трудно примириться с образом хладнокровной убийцы, какой показали ее мать журналисты. Коджи помнит, как их семья веселилась в караоке во время фестиваля, и как его мама пела настолько искренне, радостно, что ему сложно представить, будто  она только что коварно подсыпала яд в карри.
«Если бы она была настолько психопаткой, я думаю, я заметил бы хотя бы единый намёк на это в течении одиннадцати лет, что прожил с ней « - отмечает Коджи.

Как только его родителей арестовали, Коджи с сёстрами попали в детский дом, где постоянно подвергались издевательствам и избиениям: он до сих пор отращивает длинные волосы, чтобы скрыть шрамы от порезов и царапин на голове. Даже его нос деформирован после того, как однажды мучители-сверстники из детского дома сломали его.

Но самый травмирующий инцидент произошёл с Коджи,  когда он был подростком, и связан с сексуальными домогательствами одной из сотрудниц детского дома, причём это продолжалось несколько лет. Чувство вины от того, что он, как ему внушали, отпрыск отвратительной уголовницы, заставляло его молчать, ему казалось, что у него “ нет права жаловаться".
По словам Коджи Хаяши, тогда он считал, его “положение не позволяет сопротивляться, я смирился со всем. Я так свыкся с насилием и оскорблениями, что  жил,  неспособен почувствовать какую бы то ни было эмоцию".

Суровые испытания продолжились и после того, как он покинул детский дом и стал жить самостоятельно. Коджи изо всех сил скрывал своё происхождение от коллег,  когда начал работать в ресторане, но однажды его шеф узнал о том, что его мать – Масуми Хаяши, и стал подталкивать его к увольнению. “ Ты ведь осознаешь, что твоё пребывание здесь создаёт санитарную проблему?” -  босс таким образом намекнул, что Коджи всегда будет ассоциироваться с Вакаямскими отравлениями, и  само его присутствие в месте общественного питания подвергает репутацию заведения риску.
 
Было и немного хорошего : Коджи встретил девушку, которую полюбил, и некоторое время был вне себя от счастья – наконец, он почувствовал себя человеком, он узнал, как это прекрасно – любить и быть любимым. Девушка приняла предложение Коджи стать его женой. Но мечты о доме и семье – том, чего он никогда не имел - испарились самым нестерпимым образом,  когда молодой человек  нанёс визит отцу девушки. Тот, узнав правду о Коджи, в ярости закричал, что “ Не для того растил дочь, чтобы отдать ее сыну заключенной-смертницы!” На том отношения Коджи с девушкой и ее семьёй закончились.

Хоть он и натерпелся в жизни, Коджи говорит, что не пропагандирует изменение в отношении общества к родственникам преступников. “Легко говорить – дискриминации не должно существовать, только настоящая жизнь не так мила", - говорит он. Опыт научил его, что родные осуждённых за убийство “обречены" страдать от той или иной формы издевательств и дискриминации.
“Я думаю самое важное тут – это принять, что не убежишь от этой судьбы, и позаботиться о том, чтобы не использовать эти превратности судьбы как оправдание для своей собственной безответственности, либо оправдание для преступления закона. Надеюсь, что люди в подобной моей ситуации будут мотивированы тем, как я, несмотря на все, через что пришлось пройти, выжил без падения в тёмную сторону", - Коджи Хаяши.

Временно работающий водителем грузовика, он все еще не оставляет план жениться. “Когда я был близок к созданию семьи с моей девушкой, я был так счастлив и удовлетворён, как никогда раньше.. Я представлял себе своих детей, и как буду водить их по выходным в  один из тех ресторанов, где суши ползут на конвейере, и слушать их разговоры о школе. И я подумал – так вот, значит, что называется счастьем!”

Но пока Коджи решил отложить свадьбу и семейную жизнь, чтобы сконцентрировать всю энергию на борьбе, посвящённой его заключенной матери – до тех пор, пока не добьётся повторного рассмотрения ее дела, либо пока она не умрёт от старости или исполнения приговора.

Чтобы привлечь внимание к ее материнской, а не преступной, стороне, он загружает в твиттер письма Масуми к нему, написанные от руки.

“Когда я был моложе, она посылала мне подростковые журналы о моде, но с недавнего времени она начала слать издания о бизнесе, более подходящие моему возрасту. Я осознал тогда, что она ведёт счет, сколько мне лет, несмотря на то, что столько лет мы с ней живём отдельно друг от друга", - говорит Коджи. “ А когда я хожу повидать ее, она заботливо, как только мать может, спрашивает меня, хорошо ли я ем, встречаюсь ли с кем-нибудь, платят ли мне достаточно на работе"- посмеиваясь, продолжает он. “И подобные моменты напоминают мне, что Масуми Хаяши, в конце концов, единственный человек в мире, кого я могу назвать матерью".

« Последнее редактирование: 06 Июнь 2020, 14:59:48 от Сестрица »


ellet

  • Новички
  • *
  • Сообщений: 25
    • Награды
Спасибо за интереснейшую историю.


Uliana

  • Профи
  • ****
  • Сообщений: 451
    • Награды
Слышала когда-то про массовое отравление карри, но не встречала столь подробно изложенной истории. Большое спасибо за освещение подробностей того дела. Очень жаль ее сына. Возможно, ему лучше сменить фамилию или переехать.
Интересно, а она сама пробовала карри?... Помнится, Грэхем Янг, английский отравитель, сам принимал небольшие дозы яда, пытаясь отвести от себя подозрения.


Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Слышала когда-то про массовое отравление карри, но не встречала столь подробно изложенной истории. Большое спасибо за освещение подробностей того дела. Очень жаль ее сына. Возможно, ему лучше сменить фамилию или переехать.
Интересно, а она сама пробовала карри?... Помнится, Грэхем Янг, английский отравитель, сам принимал небольшие дозы яда, пытаясь отвести от себя подозрения.
По свидетельствам, она сама не ела карри, что тоже было одним из моментов, воспринимавшихся как еще один косвенный намек на ее виновность


Suigintou

  • Новички
  • *
  • Сообщений: 38
    • Награды
Дико, конечно, что в Японии травят детей и других родственников преступников. Они-то тут причём?


Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Дико, конечно, что в Японии травят детей и других родственников преступников. Они-то тут причём?
У них коллективное сознание, если один провинился, то вина будет лежать и на всех его родных и потомках


Элис

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 269
    • Награды
Спасибо за интересную, отлично написанную историю, не слышала о ней раньше. 


Сестрица

  • Старожил
  • ***
  • Сообщений: 228
    • Награды
Друзья, спасибо за отзывы. Рада рассказать что-то новенькое.