Ой, а мне сдается, что эта прекрасная Ана Хулия еще и зарилась на награду, которую семья обещала за предоставление информации о ребенке. Найденная футболка - это же информация? Подозреваю, для того она ее подкинула, чтоб рано или поздно потребовать свой куш. Для того и уговаривала семью поднять размер награды. Может, думала так: если с Анхелем не выгорит, хоть денежек с них сдеру. Она же эту награду могла бы истребовать через суд в случае отказа семьи от выплаты.
Для таких, как она, и 10 тысяч евро кажутся целым состоянием, а уж 30 и подавно. Это такой сорт людей, которые за 3 копейки удавятся, не то что за 30 тыщ.
После того¸ как согласились защищать Ану, на них вылился со всех сторон "ушат грязи". Эстебан говорит, что негатив со всех строн: он получает гневные сообщения по почте, на Facebook, на электронный адрес ...
Беатрис не известна и громких дел не имеет. Но с момента, как они стали защищать Ану, о ней пишут всюду только так: «Беатрис Гамез Сальседо - адвокат дьявола». Ей тоже пишут гадости и угрожают.
Вот это днище, конечно. Угрожать адвокатам... Это называется цивилизованная европейская страна... Хотят вместо соревновательного судебного процесса вернуть инквизицию? Начинаю думать, что простой народ везде одинаков, что в Европе, что в Америке, что в племени тумба-юмба.
Для меня принцип правосудия заключается прежде всего в соблюдении духа закона.
Послушайте, это все просто демагогия. То защита закона, то духа. Кто такой дух закона? Где он витает? Суд должен в первую очередь соблюдать букву закона и это прямая обязанность судьи. Духов же он защищать не должен - судья не является охотником за привидениями.
Я дико извиняюсь, что лезу со своими 5 копейками, но существуют и дух закона, и понятие духа закона. И судья обязан его соблюдать. Любой юрист это подтвердит, надеюсь. Бывают случаи, когда "по закону все правильно, а по существу издевательство", то есть когда буква закона вроде бы соблюдается, но искажается сам смысл закона, то, ради чего он принимался. И тогда судья взвешивает все за и против и иногда поступает вопреки сухой букве, но так, чтобы торжествовали смысл закона и справедливость.