И что мешало на секундочку заскочить домой, подсыпать яд и нести вино дальше?
То есть он ходил и выжидал удобного случая, каковой вдруг и представился? Тогда выходит противоречие с тем, что
планировать на шаг вперед Окуниши просто не умел.
- ибо получается, что Окуниши не только какое-то время воздерживался от импульсивной реализации своих преступных намерений, но ещё и сумел быстро сориентироваться в ситуации.
Далее, в какой момент было совершено преступление? Если он подлил яд, будучи уже на месте собрания (см. версию обвинения), то мы возвращаемся к тому, с чего начинали - Окуниши везёт второй раз подряд (когда находящаяся рядом женщина отправляется за тряпкой), и второй раз подряд он ухитряется сориентироваться в моменте. Если же он подливал яд дома - то почему об этом не узнала полиция, как и о том, что он заходил домой? Положим, сам он смолчал (зачем? какая ему разница - сказать о возвращении домой или нет, раз уже признался в убийстве?). Но жена председателя, просившая его отнести вино, - почему не заметила, что он домой возвращается? Или он каким-то образом ввёл её в заблуждение, вопреки своей неспособности планировать (а в последнем я с Вами согласен)?
Каким образом то, что преступление не было запланировано, доказывает невиновность Окуниши?
Не доказывает, конечно. Чтобы что-то
доказать, не хватает фактов. Но перечисленные моменты существенно снижают вероятность и правдоподобие того, что Окуниши действительно был отравителем. Я не исключаю его вины на 100%. Однако сценарий, в котором преступление совершает, например, председатель, выглядит, на мой взгляд, гора-а-аздо реалистичней. У председателя есть время подготовиться. Он заранее знает, что у него дома будет вино, предназначенное женщинам деревни. Вино находится у него 2,5 часа. Более того, ежели Окуниши и вправду был кем-то вроде деревенского дурачка, председатель может при желании и достаточной сообразительности ещё и навести подозрение на оного дурачка.
Доказуема ли такая версия? Нет, ибо на неё плюнули в первые же дни расследования. Исключает ли она виновность Окуниши? Тем более нет. Но: 1) фактов, её опровергающих, в тексте очерка не просматривается; 2) в целом она выглядит естественнее, нежели судорожные метания и необъяснимое везение Окуниши.
Ко всему прочему, напомню, что там и помимо председателя были люди, которые имели возможность всё это провернуть (и не меньшую, чем Окуниши).
По большому счёту, в пользу виновности Окуниши говорят два обстоятельства: 1) мотив - но мотив крайне сомнительного качества: кто может гарантировать, что у непроверенных лиц не было таких же мотивов, да ещё и похлеще; 2) не идентифицированные толком следы зубов на пробке, "найденной на месте собрания" (а была ли идентифицирована пробка?)
Ах, ещё признание (это да, т. Вышинский рукоплещет стоя).
P.S. Прошу прощения за объём и сумбурность изложения
