«Когда Манишин даёт показания, он старается себя оправдать, — утверждает источник. — Говорит: все бабы, которые у него были, они все пошли добровольно, они все хотели ебаться. У него были белые “жигули”. Первой в них села Ооржак (та, тело которой пролежало в колке целый год из-за невнимательного участкового. — Прим. автора), не исключено, что она хотела секса». «Он её описывает, что стоял [на Сковородке] у крыльца, она подошла, попросила закурить, он ей дал закурить, они стали разговаривать», — вспоминает адвокат Сертягина. «Ты что, ебарь-террорист? — спрашивали Манишина краевые. — Манишин говорил в ответ: я обещал девкам, что решу вопросы за секс. Объяснял, что знаю декана, а он за городом живет, предлагал поехать к нему. А убивал, чтобы обещание не выполнять. Я же говорил, что помогу. Допустим, мне кто-нибудь дал. А я не помог. Она разозлится, расскажет кому-нибудь. Всплывет остальная тема, и тогда пизда».