Меня мой старший сын назвал расисткой. Меня, у которой кровь перемешена поколениями, которая не может вспомнить, какого цвета у пациента кожа, пока не проверю по документам. Я попыталась ему обьяснить, что россияне - это не раса, и не народ - это идеология, которая пропагандировалась на территории бывшего Советского Союза. Которая продолжает при помощи русского языка насаждать свою идеологию по всему миру. Я тоже не кровожадна, но каждое убийство оккупанта у меня вызывает удовлетворение, что очередное чмо не будет иметь больше возможности убивать себе подобных. Какая может быть эмпатия к нелюдям, которые не могут приехать на похороны своего ребенка, потому, что они заняты тем, что убивают других детей в Украине? Какое сочувствие я могу иметь к родителям тех детей, которые радуются смерти украинских детей? Как я могу пойти на симфонический концерт, если дирижер - подписант путинской агресии? Как я могу покупать российские продукты, если мои деньги идут на вооружение врага? Как я могу читать, смотреть, слушать российских писателей, певцов, блогеров, артистов,... если их податки идут на вооружение и убийство невинных? Безвыходных положений не бывает, всегда можно найти путь, чтобы не участвовать в коллективном безумии. Я не умею ненавидеть, я не мстительна, но все, что связано с этим болотом вызывает отвращение. Я радикальна - это да, поэтому все, кто каким то образом поддерживают эту войну, идут вслед за российским кораблем.