Мы, уважаемый qualis-libеt, стараемся быть беспристрастными, не склоняясь к какой-либо версии. Так, мне кажется, ведутся независимые расследования ( да вроде любые, или я ошибаюсь?)
. И если нет фактов, то их нет, о чем мы и пишем.
Если есть факты уже признанные и установленные, то отрицать их имеет смысл лишь при наличии веских доказательств обратного.
Гиперкритицизм столь же вреден, как и чрезмерная доверчивость.
Ведь уже, на этом этапе, видно, что чуть ли не основная загадка этого дела ничем не подтверждена, не имеет никаких вещественных доказательств и значит все дальнейшие логические построения нужно корректировать.
Там четко написано, что не прослеживается никакой связи (по документам) медсестры и Сомертонмена.
Какие документы Вам нужны? Переписка между ними? Было бы неплохо...
Клочок происходил из книги, на которой был записан её телефонный номер, и это было
доказано криминалистической экспертизой бумаги, проведенной полицией. Да и невооруженным глазом можно заметить, что шрифт одинаков.
Вряд ли копы стали бы фальсифицировать доказательства только для того, чтобы усложнить самим себе жизнь.
Её реакция в морге при виде тела выдала её: улики поведения.
Её сын мог быть рожден от кого угодно, только не от официального мужа (тот жил в Мельбурне, а Робин, если сделать расчет по времени, был зачат в Сиднее в 1946 ещё до её знакомства с Томсоном). В его внешности был ряд признаков, роднивших его с неизвестным: уши, зубы (точнее, их отсутствие), общее сходство. И самое забавное: сын Джестин стал балетным танцором, а, как вы помните, ноги неизвестного были в такой форме, какую им могли придать занятие именно балетом. Даже если на самом деле Робин был обязан своему появлению на свет кому-то другому, то неизвестный, равно как и Джестин, мог думать, что он является истинным отцом.
Все детективы, работавшие по делу, от Лина и Брауна до Томаса и Фелтуса, считали, что Джестин была знакома с покойным. Не доверять их профессиональному опыту и знанию материалов следствия у нас нет ровным счетом никаких оснований.
Не считаете же вы себя лучше знакомыми с вещественным доказательствами по делу, чем аделаидские полицейские?
И что меня удивило в этих "60 минутах", так это не якобы схожесть ушных раковин по фото Сомерсетмена и его "возможного" сына (по-моему, не похожи совсем), а фото "сына" с улыбкой. У него не видны двойки! Похоже, их просто нет...
Генетическая черта, по всей вероятности.
. Дальше написана информация о медсестре, причем четко подчеркнуто - со слов Фелтуса. Именно Фелтус ввел этого персонажа в историю - так что он является первоисточником за неимением других.
В книге Фелтуса нет ни одного существенного факта, который не был бы известен до него. Всё, что он пишет о роли Джестин в деле, сообщалось ещё в 1949 году в газетах, копии статей которых любой может найти в Trove по тегу "Tamam Shud" или в той же самой книге отставного детектива.
Он вполне сознательно не предал гласности какую-либо действительно новую информацию, только придумал псевдонимы для фигурантов дела (Тесси Джонсон, Рональд Фрэнсис).
Правда подпись JEstyn все равно никак этими людьми не объясняется.
JE(styn) - Jessiсa Ellen. Алексей может быть Лешей или Алексом, Александра - Шурой или Саней, а Джессика - Джесси и Джесс - почему бы и не Джестин?
Возможная связь дела с инцидентом с семьей Мангноссонов
Вопрос о нём уже
поднимался в теме.
Я вот ещё где-то читал, что вроде как через несколько лет после этого случая нашли ещё один труп с аналогичным сборником Хаяма того же издания (и вроде как даже даже с шифром). Сейчас пытаюсь найти информацию. Никто не слышал о чём-то подобном?
Джозеф Хаим Саул Маршалл, Сидней, 1945. Издание было совсем другое.
Стоит ожидать освещения этого эпизода в очерке?